You are here

Распределение служб и кризис городовой организации дворянства

Итак, мы рассмотрели дворянские службы, исходя из понятий и реалий нашего времени, выделив виды дворянской службы по назначению: военная, дипломатическая и административная. Однако, с точки зрения самих служилых людей, а также воевод и приказного аппарата, существовали две основные разновидности службы – расходные или классические, когда администрация полагалась на средства самих дворян, и службы, в противоположность предыдущим, приносящие доходы. Доходные службы не являлись обязательными для всех служилых людей, при назначении на них очередность никакой роли не играла. Из всего комплекса дворянских служб различной степени выгодности мы выделили четыре основных, позволяющих наилучшим образом поправить дела. Это должности приказчиков дворцовых сел, ясачных сборщиков, воевод уфимских пригородов и стрелецких голов. И хотя они относятся к различным сферам деятельности и несхожи по характеру получения доходов, однако всю эти четыре должности объединяет одно принципиальное качество: они позволяли если не обогатиться, то приобрести определенный материальный достаток. Неслучайно, пребывание на них ограничено двухгодичным указным уроком. За получение назначений среди дворян шла острая конкурентная борьба.

Изучение челобитных дворян, также указов о назначении на эти службы позволило нам выделить определенные особенности распределения служб в условиях служилого города Уфы XVII в. Прежде всего встает вопрос: чем подкрепляли дворяне свою просьбу о назначении на доходные службы? М.Н. Тихомиров отмечает, что подобные челобитные, как правило, открыто мотивировались тяжелым материальным положением дворянина. Христарадный стиль показывает, что с точки зрения самих властей и приказных дельцов эти службы были чаще средством поддержания боеспособности и только в исключительных случаях – наградой. За ратные подвиги и дипломатические посылки обычно награждали прибавкой к окладу или дорогими подарками. Доходные же службы должны были подготовить служилого человека к новым походам. Неслучайно в челобитных дворян подчеркивались не личные заслуги, а испытанное разорение, гибель имущества и лошадей, крупные денежные затраты и разорение поместья .

Однако, анализ аналогичных документов в отношении уфимских дворян дает обратную картину. Из 180 сохранившихся подобного рода документов 136 грамот о назначении на доходные службы носят характер именно пожалования за службу. Причем, речь идет о конкретном событии и роли участвовавшего в нем служилого человека. В 12 случаях указывается на длительность службы дворянина, многократное участие в станичной службе. Еще 17 указов и грамот повествуют о гибели во время боевых действий близких родственников дворянина. Однако, как известно, подобные случаи рассматривались как отличие, нежели как понесенный материальный ущербе. 15 грамот не имеют мотивационной преамбулы. Нами не зафиксировано ни одной челобитной или указа о назначении на эти четыре должности по причине испытанного разорения и гибели имущества дворянина. Более того, из 136 грамот в 86 документах содержатся сведения о ратных подвигах именно в уфимских службах «против изменников калмаков и башкирцев», которые ,в отличие от дипломатических посылок и крымских походов, не являлись долгими и разорительными. «Христарадный» стиль более свойственен просьбам об отказе поместья поближе к городу или освобождении от уплаты стрелецкого хлеба, оброчных денег с мельниц, рыбных ловель и перевозов. Конечно, за службы уфимцы награждались и поместными и денежными придачами к окладу. Как мы показали выше, количество таких пожалований резко возрастает со второй половины XVII в. Но реальная ценность придач к окладу постоянно снижалась по причине увеличивающегося несоответствия между окладами и поместным и денежным обеспечением. В Уфимском уезде этот процесс был ускорен истощением резервного фонда поместных земель. В последней четверти ХVII в. отказ новых земель здесь практически прекратился. Не лучше обстояло дело и с денежным жалованьем. Денежные придачи могли «заходить за свершенный оклад», но денежное жалованье оставалось на одном уровне, будучи ограниченным указными статьями. Доходные же службы приносили реальный достаток. По-нашему мнению, именно это обстоятельство содержало в себе одну из причин наметившегося во второй половине ХVII в. кризиса организации служилого города. Если количество придач, в силу их невысокой цены, возрастает как среди верхов, так и низов служилого города, то на распределение доходных служб сильное влияние оказывали наиболее могущественные дворянские роды. И придачи и доходные службы по форме являлись пожалованием за службу, но если первым был свойственен относительный демократизм, то доходные службы становятся негласной прерогативой уездной аристократии. Что отличало верхушку дворянства от остальной массы уфимцев? Прежде всего, почти все они принадлежали к родам, обосновавшимся в Уфимском уезде еще в конце XVI – начале XVII вв. Как правило, все представители этих семейств были крупнейшими землевладельцами и душевладельцами Уфимского уезда. Кроме того, эти роды практически постоянно имели своих представителей в окладчиках, руководивших верстанием и распределением очередных служб. Немаловажно и то, что эти роды сильно разрослись и во второй половине ХVII в., являясь «многородственными».

Итак, из 67 уфимских дворянских родов лишь представители 24 родов в течение второй половины ХVII в. назначались на должности воевод, стрелецких голов, приказчиков дворцовых сел и ясачных сборщиков. Однако, и в этой группе прослеживается явное неравенство. Более 70% всех назначений приходятся на представителей 6 уфимских родов. Более подробно это показывает следующая таблица:

Роды служи-ли в Уфе были

на доход-ных службах в воеводах в приказчиках дворцовых сел в сборщиках ясака в стрелецких голо-вах общее число назначений общее время

пребывания

Аничковы 3 25 7 5 8 5 27 62

Артемьвы 2 13 2 7 2 2 15 32

Гладывы 2 9 6 1 - 2 10 21

Лопатины 2 9 2 4 2 1 10 22

Нармакие 8 6 4 1 - 1 11 22

Тарбеевы 1 9 - 6 - 3 13 26

Каловские 1 12 - 6 - 6 18 36

Ураковы 3 12 5 3 2 2 12 24

Черниковы- Онучины 8 6 1 2 1 2 12 22

По нашим данным, во второй половине ХVII в. в Уфе начинали и заканчивали службу 480 дворян, представляющие 67 фамилий. По таблице же видно, что только на 99 уфимцев, представлявших 9 родов, пришлось 123 из 160 назначений на доходные службы. Кроме того, общий срок пребывания всех уфимских дворян на этих должностях составил 344 года: 86 лет в стрелецких головах; 80 лет в воеводах, 62 рода в приказчиках дворцовых сел и 54 года в ясачных сборщиках. Таблица показывает, что на представителей этих 9 родов пришлось 268 лет пребывания на этих должностях, что составило 78% от совокупного времени. Немаловажно и то обстоятельство, что на долю этих 9 родов приходилось в середине ХVII в. 49% всего поместного землевладения Уфимского уезда и 43% всех крепостных крестьян.

Таким образом, на доходные службы попадают совсем не те дворяне, которые действительно нуждались в материальной поддержке. Напротив, это наиболее благосостоятельные уфимцы, имевшие достаточные средства для полноценной службы без всякой помощи со стороны государства. В результате, происходит усиление очень незначительной группы дворянских родов на фоне общего падения боеспособности всего служилого города. Эту ситуацию достаточно точно описал начальник Оренбургской экспедиции И.К. Кирилов, побывавший в Уфе в 1736 г. Он писал: «Здешние дворяне отпущены в такую мизерию, что весьма к службе не надежны ...а ружье у всех одним именем считается, да и то порох принуждены покупать, а амуниции никакой нет» . Кстати, он же отмечал, что многие доходные должности, в частности служба в ясачных сборщиках, перекупались уфимцами у воевод: «кто больше даст тот и поедет» .

Необходимо отметить, что некоторые исследователи поместного землевладения едва ли не основной причиной упадка служилого города считают фактор увеличения разбросанности дворянского землевладения по различным уездам. Е.Д. Сташевский, В.Н. Воробьев и А.И. Дегтярев утверждают, что главной силой, разрушившей систему служилого города было столичное дворянство, активно приискивавшее поместья по местам своих многочисленных служб . Мы же полагаем, что совпадение землевладения с местом службы являлось лишь одним из многих условий существования системы служилого города. Например, Уфимский уезд в силу особого земельного законодательства практически до 30-х годов ХVIII в. оставался закрытым для помещиков из других областей. Однако и здесь дворянская корпорация не на много пережила сословные организации дворянства других городов. В этой связи как нельзя более справедливо утверждение А.А. Новосельского, что служилому городу были присущи совершенно особые формы военной и сословной организации, выработанные в соответствии с его основной функцией – походной службой . Именно кризис этих форм, и прежде всего системы распределения служб, приводит к упадку организации. В результате, наблюдается выделение из состава служилого города небольшого числа влиятельных семей, сконцентрировавших и своих руках основной массив поместного землевладения, активно вмешивавшихся в распорядок службы с целью получения наиболее выгодных должностей. В то же время расходные службы ложатся, в основном, на плечи рядовой массы дворян, не способной обеспечить полноценной службы со своих мизерных поместий.

Кроме того, если разбросанность дворянского землевладения становится обычным явлением уже в первой половине ХVII века, служилый же город как основа всей военной системы России просуществовал вплоть до реформ Петра 1.